Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Беларуска пожаловалась, что в ее райцентре «не попасть ни к одному врачу». В больнице ответили
  2. Лукашенко потребовал экономить на уличном освещении. Разбираемся, с чем это может быть связано
  3. В Беларуси повысили минимальную цену на популярный вид алкоголя
  4. Лукашенко не верит, что минчанам сложно передвигаться в темноте, и требует продолжения эксперимента с уличным освещением
  5. Живущих за границей беларусов обяжут сдавать отпечатки пальцев — кого и когда коснутся новые правила
  6. Олимпийская чемпионка, две уроженки России, дебютантка. Рассказываем обо всех спортсменках, которые представят Беларусь на Играх-2026
  7. Опрос: 46% жителей Польши испытывают неприязнь к беларусам. Что это значит
  8. «Я так понимаю, переусердствовали». Спросили в Минэнерго и Мингорисполкоме, почему освещение в столице включили позже обычного
  9. После жалобы в TikTok на блудное стадо коров беларуску забрали в милицию и провели беседу об «экстремизме»
  10. Распоряжение экономить на уличном освещении зимой — не первое абсурдное решение Лукашенко. Вспоминаем, что еще он предлагал и требовал
  11. Беларусы рассказывают о странных сообщениях от бывших коллег. Почему они могут быть еще более тревожными, чем кажется на первый взгляд
  12. Пропагандист взялся учить беларусов, как работать и зарабатывать. Экономистка ему ответила и объяснила что к чему
  13. В Литве ответили на предложение Колесниковой начать диалог с Лукашенко и вернуть электричку из Вильнюса
  14. Регистрация терминалов Starlink в Украине может ослабить возможности России по ударам в глубине обороны — ISW


Витебский активист и распространитель независимой прессы 76-летний Борис Хамайда, который недавно вышел на свободу, рассказал в Facebook подробности своего задержания.

Борис Хамайда. Фото: Белорусская ассоциация журналистов
Борис Хамайда. Фото: Белорусская ассоциация журналистов

Напомним, его арестовали 23 января этого года.

По его словам, силовики позвонили в дверь квартиры в тот день в восемь часов утра. Один из них был представителем КГБ, другой — милиционер, оба были в гражданской одежде, но показали по его просьбе свои удостоверения. Также его ознакомили с постановлением на обыск в связи с уголовным делом, но Хамайда отказался подписывать документы.

По их требованию активист передал им свой кнопочный телефон PHILIPS, когда его увозили из дома, вся техника (компьютер, смартфон и кнопочный телефон) осталась в квартире.

Сначала его привезли в новое здание КГБ, затем, после допроса, доставили в первомайский РОВД Витебска. Там Хамайде сообщили, что на его странице в Facebook нашли подписку на «запрещенные сайты».

В камеру он попал лишь спустя десять часов после задержания.

«Только вечером, в 18 часов, переступил порог камеры ивс/сизо/. Из восьми сокамерников — шесть политических. Встретили хорошо. Предложили "шконку"/нары/ внизу. Дали два куска хлеба — первая еда за сутки. Через два дня, 25 января, на мои руки надели наручники и повели на суд, который прошел по скайпу в одном из помещений СИЗО», — написал он.

Хамайду посадили на стул и поставили перед ним компьютер. Когда судья попросил положить руки на стол, активист ответил, что не может, поскольку он в наручниках.

«Он спросил у милиционера, почему мне надели наручники. Тот приглушенным голосом ответил: "Он политический". Судья дал команду снять наручники. Я положил руки на стол. Во время рассмотрения дела мне стало известно, что подписка на запрещенные сайты произошла 23 января, в первой половине дня, в день моего задержания. Получается, пока меня возили туда-сюда, какой-то дядька, например, с условным прозвищем «специалист» подписал меня на запрещенные сайты. Этого дядьку, как я понимаю, не нашли, поэтому я за него отсидел двое суток в ивс/сизо», — поделился активист.

По его словам, в ходе рассмотрения дела в суде выявились некоторые противоречия, поэтому заседание перенесли на 2 февраля. За последние 25 лет Бориса Хамайду задерживали и судили по административным обвинениям десятки раз. Его обвиняли, как правило, в несанкционированном пикетировании.

Мужчина распространял «Народную Волю», журнал ARCHE и другие издания. Несколько лет назад у него конфисковали «рабочее место»: стол и красно-белый зонт, по которым его узнавали местные жители на улицах города.