Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Беларусы рассказывают о странных сообщениях от бывших коллег. Почему они могут быть еще более тревожными, чем кажется на первый взгляд
  2. Лукашенко потребовал экономить на уличном освещении. Разбираемся, с чем это может быть связано
  3. Беларуска пожаловалась, что в ее райцентре «не попасть ни к одному врачу». В больнице ответили
  4. Живущих за границей беларусов обяжут сдавать отпечатки пальцев — кого и когда коснутся новые правила
  5. «Я так понимаю, переусердствовали». Спросили в Минэнерго и Мингорисполкоме, почему освещение в столице включили позже обычного
  6. Олимпийская чемпионка, две уроженки России, дебютантка. Рассказываем обо всех спортсменках, которые представят Беларусь на Играх-2026
  7. Пропагандист взялся учить беларусов, как работать и зарабатывать. Экономистка ему ответила и объяснила что к чему
  8. «Верните город обратно в цивилизацию». В Минске (и не только) отключили фонари по распоряжению Лукашенко — в соцсетях споры
  9. В Беларуси повысили минимальную цену на популярный вид алкоголя
  10. Лукашенко не верит, что минчанам сложно передвигаться в темноте, и требует продолжения эксперимента с уличным освещением
  11. Регистрация терминалов Starlink в Украине может ослабить возможности России по ударам в глубине обороны — ISW
  12. После жалобы в TikTok на блудное стадо коров беларуску забрали в милицию и провели беседу об «экстремизме»
  13. Распоряжение экономить на уличном освещении зимой — не первое абсурдное решение Лукашенко. Вспоминаем, что еще он предлагал и требовал
  14. «Я был иностранцем, а беларусы сделали все легким». Перед Олимпиадой в Италии мы поговорили с экс главным тренером хоккейной сборной


Бывший полковник военной разведки Минобороны России Игорь Саликов, служивший также в ЧВК Вагнера и ЧВК «Редут», заявил о готовности рассказать в Международном уголовном суде (МУС) о военных преступлениях России. Как пишет нидерландское издание EenVandaag, Саликов прилетел в амстердамский аэропорт Схипхол 18 декабря и явился в Королевскую военную полицию.

Корреспондент общался с Игорем Саликовым по видеосвязи. Фото: EenVandaag
Корреспондент общался с Игорем Саликовым по видеосвязи. Фото: EenVandaag

Корреспондент EenVandaag общался с российским военным по видеосвязи, у издания также есть заявление экс-военнослужащего в МУС.

Саликов утверждает, что отслужил 25 лет сначала в российской армии, затем — инструктором в ЧВК Вагнера, в составе которой принимал участие в боевых действиях в Сирии и нескольких африканских странах. Участвовал в войне против Украины в 2014 и в 2022 годах.

Саликов говорит, что аннексия Крыма в 2014 году и последующий захват территорий в Донецкой и Луганской областях стали результатом «хорошо продуманной пропагандистской кампании». Референдумы в самопровозглашенных ДНР и ЛНР он называет сфальсифицированными. По его словам, для обеспечения «правильного» решения применялись давление, физическая сила, взятки, шантаж и фальсификации результатов голосования.

В 2022-м Саликов принимал участие во вторжении в Украину, командовал подразделением ЧВК «Редут». Он утверждает, что был свидетелем преступлений российской армии, в частности «операций под фальшивым флагом» на Донбассе с целью обвинить украинскую армию в нарушении соглашений, «зверств против мирного населения», пыток и казней военнопленных.

«Я видел, как люди из спецслужб вывозили большое количество детей без родителей через границу в Беларусь», — заявил Саликов. По его словам, их вывозили «целые колонны сотрудников ФСБ на легковых машинах и небольших микроавтобусах».

Экс-военнослужащий утверждает, что приказы обычно поступали непосредственно из Министерства обороны, а иногда из Кремля. В незаконных операциях часто участвовали ГРУ и ФСБ.

Журналисту Саликов сообщил, что, будучи в армии, отказался выполнить приказ об убийстве мирных жителей, после чего его отдали под трибунал, но он смог сбежать из России.

Мужчина утверждает, что хочет обратиться в Международный уголовный суд в Гааге, потому что «потерял веру в дело России». Он понимает, что для него это может быть опасно, «но дело в том, что я всю жизнь находился в опасности». Для него важнее всего безопасность его семьи, и он намерен добиваться в Нидерландах политического убежища.